Рауф Миркадыров

Потерянное время и несбывшиеся надежды

Именно так можно охарактеризовать
период между 1995-м и 2005-м годом

Несмотря на то, что бывший генерал КГБ и коммунистический лидер Азербайджана Гейдар Алиев вернулся к власти 1993 году, но, скорее всего, именно 1995 год стал поворотным моментом в определении того, по какому - демократическому или же авторитарному пути будет дальше двигаться Азербайджан. Дело в том, что до марта 1995 года меры предпринимаемые Гейдаром Алиевым в сфере внутренней политики при всей жесткости, а иногда неоправданной жестокости были вполне логичны и жизненно необходимы. После прихода к власти перед ним стояла трудновыполнимая задача - он должен был восстановить исполнительную вертикаль власти. В самые короткие сроки необходимо было ликвидировать полностью автономные военно-политические силовые центры в лице премьер-министра Сурата Гусейнова, замминистра внутренних дел Ровшана Джавадова внутри самой исполнительной власти. Ведь, крах предыдущего президента-демократа был по большой степени обусловлен тем, что он не смог вовремя подавить эти автономные силовые центры. Можно спорить о целесообразности мер, которые как выше отмечалось, отличались излишней жестокости, применяемых Г.Алиевым, однако, к марту 1995 года президент справился этой задачей. Таким образом, Г.Алиев с честью справился с ролью “чистильщика” и к середине 1995 года путь для становления в Азербайджане был полностью расчищен, тем более, что через несколько месяцев должны были состояться очередные парламентские выборы. Однако...

Гейдар Алиев был не тем лидером

Бывший коммунистический лидер Азербайджана, генерал КГБ прекрасно подходил на роль “чистильщика”, но не созидателя, по крайней мере, демократического государства. Он был государственником. Г.Алиев в совершенстве владел практикой строительства авторитарно-тоталитарного государства. Он не знал иной формы правления, кроме абсолютной централизации всей политико-экономической власти. И эту правления избрал Г.Алиев.

Июнь 1993. Смена власти. Президент Г.Алиев (слева) и президент А.Эльчибей

Может возникнуть вопрос - а куда делось сопротивление общества?! Во-первых, как ни странно, общество хотело сильной власти. Начиная с 1988 года по 1993 год общество бурлило. Общество считало, что своей максимальной гражданской активностью, чаще доходящей до полной анархии, способно решить все стоящие перед страной проблемы. Однако, общество, да и страна терпела одно поражение за другим, особенно в армяно-азербайджанском противостоянии. При отсутствии и при невозможности за короткие сроки становления институциональных механизмов регуляции демократических процессов, общество, притом находящиеся на грани коллапса, как правило, ударяется в другую крайность. Оно ищет и находит “сильную руку”, на которую перекладывает всю ответственность за решение существующих проблем. Таким лидером был Г.Алиев, запомнившийся обществу еще по 70-м годам прошлого столетия как очень жесткий коммунистический руководитель Азербайджана. Одним словом, произошло самоустранение общества.

Во-вторых, к сожалению, особенности устройства азербайджанского общества, а если быть точным, местничество поспособствовали реализации плана президента. Сперва из системы власти удалили всех “чужих”, то есть, тех, кто не был выходцем из Армении и Нахичевани, и уничтожили их экономический потенциал. “Свои” радовались. Считали, что “экспроприированное добро” будет поделено между своими. В начале, так и было. Жаль, что “свои” не понимали того, что централизация, особенно экономическая при авторитарной власти не может быть частичной, рано или поздно она станет абсолютной. Все началось с полной монополизации ведущих сфер экономики, прежде всего, нефтяной. В этих условиях, появление новой, внутренней экономической оппозиции была неизбежна.

Не случайно, что первой жертвой Г.Алиева “новой волны” стал его ближайший соратник, представитель “красных директоров” в окружении президента, сторонник экономической демократии спикер парламента Расул Гулиев. В 1996 году Г.Алиев отправил его по собственному желанию в отставку и на длительное лечение за рубеж, которое продолжается до сегодняшнего дня. Все же окончательный удар по остаткам экономической демократии был нанесен после президентских выборов 1998 года. Но об этом чуть ниже.

Не повезло и с внешними факторами

Негативное влияние на становление демократии в Азербайджане имели и внешние факторы, прежде всего, существующий более чем 15 лет армяно-азербайджанский конфликт и как ни странно, освоение страны западными нефтяными компаниями.

Контракт века: 20 сентября 1994 г.

Первое: карабахских конфликт, а вернее перспектива его урегулирования была в течение последних 10 лет предметом торга между азербайджанскими властями и западными странами, прежде всего, с США. Нынешняя политическая элита постоянно использовала возможное урегулирование этого конфликта в качестве одного из основных козырей, с целью получения внешнеполитической поддержки со стороны США для сохранения собственной власти. Во-первых, азербайджанская оппозиция внешне всегда придерживалась по карабахскому урегулированию более жестких позиций, чем нынешняя правящая элита. Во-вторых, практически перед каждыми общенациональными выборами в стране, правящий режим давал обещания Западу, прежде всего, США в случае, сохранения власти пойдет на серьезные уступки и подпишет мирное соглашение с Арменией.

Еще накануне парламентских выборов 1995 года заместитель тогдашнего Госсекретаря США Строб Тэлбот, во время переговоров с лидерами азербайджанской оппозиции, открытом текстом заявил, что при выполнении двух условий Вашингтон готов поддержать их притязания на власть. Первое: оппозиция должна объединиться. Второе: оппозиция должна смягчить свои позиции по карабахскому урегулированию. Ни по одному из этих пунктов не удалось достичь договоренностей.

А власти удачно спекулировали этой проблемой накануне всех президентских и парламентских выборов, хотя потом не выполняли своих обещаний. 1999 году после президентских выборов в Азербайджане тот же Строб Тэлбот полностью согласовал текст мирного соглашения, как в Баку, так и Ереване. Но в последний момент произошел теракт в армянском парламенте и пришлось отложить подписание мирного соглашения. В 2001 году, после парламентских выборов в Азербайджане американцы в Ки-Весте чуть не “уломали” Г.Алиева, который в самый последний момент отказался от подписания мирного соглашения. И, наконец, сейчас 2006 году, американцы почти были уверены в том, что после признания со стороны США результатов очень спорных президентских выборов 2003 года и парламентских 2005 года Ильхам Алиев уж точно пойдет на серьезные уступки и подпишет рамочное соглашение по урегулированию армяно-азербайджанского конфликта. И на этот раз официальный Баку, как утверждает оппозиция, не сдержал слово, по крайней мере, пока.

Второе: надо всегда учитывать, что Запад, в том числе США начали “освоение” Азербайджана посредством крупных нефтяных компаний. А крупные нефтяные компании с мировым именем, в отличие от финансово-инвестиционных, как правило, не заинтересованы в становлении демократии в странах, где они работают. Дело в том, что для нефтяных компаний главное “договориться” с властью. А внутренний финансово-инвестиционный климат в стране, уровень экономической демократии никак не влияет на результаты их деятельности. Однако, становлении демократии приводит к усилению институтов общественного контроля над деятельностью нефтяных компаний и их доходов, что не менее важно и расходов. Ведь расходы по “Контракту века” по мере его реализации возросли в несколько раз. Поэтому, лучше “работать и отчитываться” перед одним человеком. Достаточно напомнить, что BP , который является оператором “Контракта века” считается одним из самых “грязных” нефтяных компаний мира. Именно BP турецкие СМИ со ссылкой на информированные источники в спецслужбах в последующем обвинили в организации государственного переворота в Азербайджане в 1993 году. Интересно и то, что после этой смены власти BP стала оператором “Контракта века”.

Таким образом, западные нефтяные компании всегда были заинтересованы в лоббировании интересов конкретно нынешней правящей элиты, а не Азербайджана как государства. Именно, они активно внедряли в умы на Западе тезис о необходимости сохранения стабильности в Азербайджане, гарантом которого является нынешняя правящая элита, любой ценой.

А у оппозиции не хватало мудрости или же глупости в ожидании часа “Х”

Первой серьезной пробой сил между оппозицией и правящей элитой стали президентские выборы 1998 года. Подавляющее большинство оппозиции во главе с Партией Народного Фронта Азербайджана (председатель Абульфаз Эльчибей - экс-президент), “Мусават” (Иса Гамбар - бывший спикер парламента), Либеральной Партией (Лала Шовкет - бывший Госсекретарь) и Демпартией (Расул Гулиев - бывший спикер парламента) бойкотировали эти выборы.

Из известных лидеров оппозиции на выборах участвовал только лидер Партии Национальной Независимости Азербайджана Этибар Мамедов. По ходу предвыборной кампании сложилась очень непростая ситуация. 12 сентября бойкотирующая оппозиция вывела своих сторонников на центральные улицы столицы. Столкновения между сторонниками оппозиции и полицией длилось несколько часов. Полиции так и не удалось справиться с оппозиционерами. Г.Алиеву пришлось пойти на уступки. Власти существенно демократизировали предвыборную ситуацию. Впервые после 1993 года оппозиции было разрешено проведение массовых акций в центре города. Глава государства лично обратился к своим оппонентам с призывом участвовать в президентских выборах. Однако, “четверка” решила до конца придерживаться тактики бойкота. По воли случая Э.Мамедов, по сути, оказался единым кандидатом от оппозиции.

Октябрь 2003

Эта была большая фора. Но, и это не все. “Свои предприниматели” недовольные отсутствием экономической демократии сдали Г.Алиева и переметнулись в стан Э.Мамедова. Единственный оппозиционер, участвующий на выборах получил серьезную финансовую подпитку и провел очень мощную предвыборную кампанию. Таким образом, бойкотчики и единственный “штрейкбрехер” общими усилиями добились неплохого результата. Впервые за свою политическую карьеру Г.Алиев оказался перед угрозой поражения на выборах. Буквально за пару недель до дня голосованию президент “вышел в народ” и пошел по стопам оппозиционного кандидата, в буквальном смысле этого слова. Однако, было уже поздно. Это были проваленные для главы государства выборы. Он не смог получить две трети голосов избирателей, чтобы быть избранным президентом на первом туре. Все международные организации, наблюдавшие за ходом голосования, заявили о необходимости проведения второго тура.

У оппозиции же не хватило мудрости, и она полностью объединившаяся потребовала проведения новых выборов, чтобы все потенциальные кандидаты могли участвовать в них. Хотя согласись Г.Алиев под международным давлением на проведение второго тура - это было бы большой победой оппозиции. Но, выдвинув неприемлемые и неразумные условия, оппозиция лишилась международной поддержки.

При этом, выборы имели серьезные политические последствия. Предвыборная кампания подорвала здоровье Г.Алиева. Сразу после выборов он серьезно заболел. И оппозиция начала жить ожиданием часа “Х”.

Но, и власти сделали соответствующие выводы из этой проваленной предвыборной кампании. Во-первых, были предприняты все меры, чтобы лишить оппозицию внутренних источников финансирования. Началось “истребление” и “своих” предпринимателей. То есть, было покончено последними остатками экономической свободы. Таким образом, Азербайджан стал ярким примером “чиновничьего капитализма”. Дело дошло до того, что сегодня в Азербайджане нет ни одного легального миллионера.

Через день после выборов. 16 октября 2003 г.

Во-вторых, понимая, что в таких условиях сила оппозиции в единстве, были начаты, как говорится, активные мероприятия по ее расколу. И оппозиция по своей глупости попалась на эту удочку. Многие оппозиционные лидеры убедили себя в том, что с наступлением часа “Х” судьба правящей политической элиты разрешится само собой. Поэтому, они, по сути, прекратили борьбу с правящей элитой и все свои силы и усилия направили на подрыв позиций конкурентов по оппозиционному лагерю. Неожиданная кончина лидера Народного Фронта, экс-президента Абульфаза Эльчибея еще больше усилил раскол в оппозиционном лагере. Многие лидеры оппозиции стали претендовать на роль духовного приемника экс-президента и лидера национально-освободительного движения. Таким образом, на парламентские выборы 2000 года оппозиция шла полностью раздробленной и раздираемой внутренними противоречиями. И как следствие не удалось организовать эффективного поствыборного сопротивления. Власти путем тотальной фальсификаций за бортом парламента оставили ведущие в то время партии страны - “Мусават” и ПННА, которые по заявлениям миссий международных организаций, наблюдавших за ходом выборов, с большим отрывом “перешагнули” через шестипроцентный барьер.

Крах оранжевых надежд

В октябре 2003 года в Азербайджане состоялись общенациональные выборы, на этот раз президентские, которые впервые с 1993 года проходили без непосредственного участия Г.Алиева. По утверждению властей в это время он проходил лечение в американском городе Кливленде и самолично буквально в последний момент снял свою кандидатуру в пользу собственного сына. Оппозиция считает, что к этому моменту действующего президента давно не было в живых, и он скончался еще в июле 2003 года в Турции. Таким образом, оппозиция ставит под сомнение конституционность всех последующих указов, в том числе и назначение И.Алиева премьер-министром, обнародованных от имени якобы действующего президента. Ради справедливости же надо отметить, что если даже так, оппозиции ни тогда, да и до сегодняшнего дня не удалось добыть неопровержимых доказательств кончины Г.Алиева летом 2003 года.

На первый взгляд, в октябре 2003 году в Азербайджане создалась уникальная возможность продолжить серию “бархатно-оранжевых” революций, начатых в Сербии. Ведь, правящая элита шла на выборы без своего бессменного лидера. Однако, не все так просто...

Во-первых, оппозиции так не удалось объединиться, хотя переговоры по этому вопросу под патронажем Института Национальной Демократии США начались задолго до президентских выборов - еще летом 2002 года. В превратных беседах некоторые американские дипломаты открыто признавали в коридорах власти Вашингтона идет борьба между сторонниками сохранения стабильности любой ценой и радикальных демократических изменений в Азербайджане. В качестве довода сторонники стабильности приводили и то, что наша оппозиция в отличие от сербской, не в состоянии объединиться.

Переговоры под патронажем Института Национальной Демократии США летом 2003 года завершились безрезультатно. Скорее всего, после этого в Вашингтоне сделали окончательный выбор. И все же буквально накануне выборов удалось достичь договоренностей о выдвижении единого кандидата между двумя ведущими лидерами оппозиции - Э.Мамедовым и И.Гамбаром. Но в самый последний момент И.Гамбар отказался от достигнутых договоренностей. И сразу тогдашний посол США в Азербайджане Рино Харниш выступил с заявлением о том, что отсутствие у оппозиции единого кандидата серьезно повлияет на ее результаты по итогам голосования. Это заявление Р.Харниша было равноценно приговору.

Во-вторых, в отличие от Сербии, Грузии и Украины в Азербайджане оппозиция не обладала ни финансовыми, ни административными, ни серьезными информационными ресурсами. Достаточно напомнить, что в Грузии один из лидеров оппозиции занимал пост спикера парламента, а другой мэра Тбилиси. Кроме того, некоторые крупные бизнесмены открыто ее финансировали. И, наконец, оппозиция пользовалась услугами популярной телекомпании “Рустави”.

В Украине оппозиция контролировала почти половину страну, в том числе столицу. Она вообще не чувствовала никакого дефицита в финансах. Она имела полную поддержку Запада во всех этапах предвыборной борьбы. Ничего подобного в Азербайджане не наблюдалось.

В-третьих, власти и на этот раз в полной мере воспользовались местническим фактором. На этот раз основным кандидатом от оппозиции был И.Гамбар. Председатель партии “Мусават” на самом деле имел наивысший рейтинг среди оппозиционных лидеров. Все же он был “врагом номер один” для выходцев из Нахичевани и Армении, основной социальной опоры правящей элиты. Таким образом, кандидатура И.Гамбара не внесла раскол в правящую элиту, наоборот, сплотила ее вокруг И.Алиева, даже тех, кто был против прихода к власти сына своего бессменного лидера.

В-четвертых, накануне выборов И.Алиев вел активные переговоры с Западом, прежде всего, с США. В последующем американцы не раз заявляли, что И.Алиев взял на себя четкие обязательства как в сфере учета интересов США, так и в сфере реализации некоторых политико-экономических реформ. То есть, в Азербайджане Запад предпочел эволюционный, а не революционный путь развития.

Рауф Миркадыров